Какая польза человеку если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?

Previous Entry Share Next Entry
Президенты и банкиры. Окончание
mkarev
    Прошу прощения у читателей за долгое отступление от темы взаимоотношений семьи Бушей и американских банкиров, но мне кажется оно было необходимо для того чтобы показать общий контекст происходящего. Еще раз подчеркну, что цель нашего скромного исследования продемонстрировать неизбежное вырождение политической системы (демократии) в условиях всевластия денег. Ни клан Бушей, ни семья Клинтонов или кого-либо ещё не является исключением, это норма. Политики и чиновники продают свои услуги олигархам, олигархи проводят своих ставленников во власть и меняют законодательство. Так функционирует американская (и европейская) политическая система.
«Дайте мне право выпускать и контролировать деньги страны, и мне будет совершенно все равно, кто издает законы!» — эта фраза была произнесена еще в начале XIX века Ротшильдом. Теперь мы можем воочию убедиться, что он был прав.

     А мы вернемся к книге "Все президентские банкиры" и тому что последовало за крахом Enron:

     9 июля 2002 год, Джордж Буш-младший в своей речи, произнесенной в самом сердце Нью-Йоркского финансового квартала, обнародовал план по “обузданию” корпоративной преступности. Принимая скромное угощение своих друзей с Уолл-Стрит, он призвал банкиров предоставлять инвесторам правдивую информацию. Сигнал был ясен: банкирам бояться нечего. Так, например, президент оставил без внимания деятельность Merrill Lynch, оказавшегося втянутым в скандал с Enron, что неудивительно, учитывая что связь клана Бушей с компанией тянется десятилетия.

     Три недели спустя, Буш подпишет закон Сарбейнса-Оксли (Sarbanes-Oxley Act), якобы гарантирующий то, что ген и финдиректора компаний подтверждают правдивость информации передаваемой ими в  Комиссию по ценным бумагам (SEC). Закон оказался беззубым и бесполезным для сдерживания мошенничества.

     Затем президент начал действовать: 19 марта 2003, он инициировал вторжение в Ирак наполнив ночном небо Ирака крылатыми ракетами. Двумя днями позже, по итогам голосования 215 "за", 212 "против", Белый Дом утвердил бюджет в $2,2 трлн, в том числе $726 млрд снижения налогов. Вскоре после этого последовал ещё сигнал для банковской отрасли –  он назначает Стивена Фридмана (Stephen Friedman), бывшего председателя Goldman Sachs на должность директора Национального Экономического Совета. Другой "выпускник" этого же гнезда, бывший сопредседатель Goldman Sachs – Роберт Рубин(Robert Rubin), занимал эту должность при Билле Клинтоне. (Позже, занял пост министра финансов США, вот такой вот двухпартийный консенсус – прим. mkarev).

  К концу 2003 года, благодарные банкиры уже копили средства на кампанию по переизбранию Буша в 2004 году. Группа республиканцев с Уолл-Стрит, в том числе председатель и главный исполнительный директор Goldman Sachs Генри Полсон (Henry Paulson), гендиректор Bear Stearns Джеймс Кейн (James Cayne), и шишка из Goldman Sachs Джордж Герберт Уокер IV (George Herbert Walker IV) – троюродный брат президента (о нем можно почитать здесь - прим. mkarev), стала так называемыми “пионерами” (самыми крупными частными жертвователями на предвыборную гонку кандидата) Буша пожертвовав как минимум по $100,000 каждый.

    Семь крупнейших финансовых фирм официально пожертвововали около трех миллионов долларов для кампании Джорджа Буша-младшего. Merrill Lynch стал вторым по величине корпоративным спонсором (после Morgan Stanley), внеся более полумиллиона долларов. Такой энтузиазм со стороны банков не был удивителен. Дональд Риган (Donald Regan) был председателем и Merrill Lynch и основанного Бушами инвестиционный банка G.H. Walker and Company, в котором работали члены семьи Бушей на протяжении десятилетий и который был поглощен Merrill Lynch в 1978 году. Гендиректор Merrill Lynch Эрнест О'Нил (Earnest “Stanley” O’Neal) получил почетные звание “рейнджер” за вклад более чем в $200 000 на кампанию по переизбранию Буша. Это было знамением времени, что О'Нил и Кейн в июле 2003 года организовали первый в Нью-Йорке сбор средств для Буша.

     Отдельное внимание нужно уделить Goldman Sachs (Bear Stearns, Merrill Lynch и Morgan Stanley в результате кризиса 2008 года были поглощены). О нем мы еще поговорим в других заметках. У Пушкина есть такое маленькое стихотворение (перевод с французского) про злато и булат. Вот Goldman Sachs это воплощение злата. Покупает все и всех.
     Банкиры (и их щедрые пожертвования) помогли склонить чашу весов в пользу Буша. 3 ноября 2004, он выиграл свой второй срок на сложных выборах, обойдя Джона Керри (нынешний Госсекретарь США и главный иранский лоббист). Сейчас, банкиры из Goldman Sachs просто заполонили Вашингтон. Демократ Джон Корзайн (Jon Corzine), бывший сенатор от Нью-Джерси, бывший председатель и главный исполнительный директор Goldman Sachs, входил в банковский Комитет Сената. Джошуа Болтен (Joshua Bolten), бывший исполнительный директор лондонского офиса Goldman Sachs был директором управления менеджмента и бюджета при президенте США. Стивен Фридман (Stephen Friedman), бывший председатель Goldman Sachs, был одним из экономических советников Буша-младшего и директором Национального экономического Совета. Позднее он стал председателем Федеральной резервного банка Нью-Йорка (один из банков ФРС), и ушел отставку в мае 2009 года из-за обвинения, что будучи владельцам большого пакета акций Goldman Sachs, использовал свое служебное положение для помощи компании в период финансового кризиса. (Как ФРС спасал банки во время кризиса 2008 года это отдельная огромная тема, мы её затрагивать не будем).

     Между тем, с 2002 по 2007 год, под присмотром Буша-младшего крупнейшие американские банки выкроили себе почти 80% из примерно $14 трлн пирога глобальных ипотечных ценных бумаги (MBS), обеспеченных активами ценных бумаг, обеспеченных долговыми обязательствами, и других видов производных активов, созданных в те годы. И пакеты ипотечных кредитов субпрайм (то есть ипотека выданная безработным, нелегальным мигрантам, бомжам и прочим неплатежеспособным заёмщикам) скоро станет самым быстрорастущим сегментом рынка ипотечных ценных бумаг. Иными словами, финансовые продукты, демонстрирующие наибольший рост это те, которые содержат наибольший риск. (Спасибо дерегуляции банковского сектора и возможности лепить поддельные отчеты для SEC, до ипотечного кризиса 2007 года переросшего в мировой финансовый осталось совсем немного – прим. mkarev).

    Буш-младший выбрал Бена Бернанке на замену Алану Гринспену на посту председателя ФРС. Бернанке сразу обозначил свою лояльность, заявив, что “моим первым приоритетом будет сохранение преемственности с политикой и политической стратегии Гринспена.”  В 2006 году, через два года увещеваний SEC (Комиссия по ценным бумагам) принять правила, легализующие многие из “активов” созданные недокапитализированными и недопроверенными, президент выбрал бывшего директора Goldman Sachs – Генри Полсона своим третьим по счету министром финансов (что характерно первые два ушли в отставку из-за несогласия с финансовой политикой проводимой президентом). Джошуа Болтен, который к тому времени стал Главой администрации президента США (White House Chief of Staff), организовал встречу в Белом доме между двумя мужчинами, желающими обсудить сделку. Как пишет Буш в своих мемуарах "Точки решений" (Decision Points), “Хэнк медленно шел к принятию идеи войти в состав моего правительства. Джош в конце концов убедил Хэнка встретиться со мной в Белом доме. Хэнк излучал энергию и уверенность. Хэнк понимал финансы глобально, и его имя внушало уважение в стране и за рубежом.
    При Буше, Полсоне и Бернанке банковская отрасль избавилась от узды и потащила мировую экономику вниз за собой.

[Кратко об субпрайм кредитах и деривативах]
    Здесь нужно сделать небольшое пояснение о ипотеке субпрайм, страховании и деривативах. Взносы в страховую рассчитаны таким образом, чтобы компания осталась в плюсе. Например, если болезнь по статистике наступает в одном случае из ста, то каждый страхуется на 1000р и платит по 2% от общей суммы страховки. В итоге имеем со 100 человек доход в 2000р (страховые взносы), и выплату в 1000р (1 страховой случай на сто человек). В итоге, получаем 1000р прибыли за здорово живешь. А если заболеет двое (так бывает), то страховая ничего не получит. А если не дай бог случится эпидемия и заболеет половина застрахованных, то страховая разорится.

    Теперь о субпрайм кредите. Считается, что кредит это актив, то есть нечто приносящее деньги (выплаты про процентам). Его можно продать, должным образом переоформив обязательства на покупателя. Заёмщики продолжают платить как и раньше, но деньги получает другой дядя. Вы получаете всю сумму займа сразу, но лишаетесь процентов, а дядя купивший кредит получает сумму с процентами, но малыми частями в течение длительного срока. Если заёмщик хороший, то есть удовлетворяет строгим требованиям банка по платежеспособности, то с ним нет никаких проблем. Иногда случаются неприятности, например, болезнь или смерть заёмщика, тогда выплаты прекращаются. Чтобы минимизировать убытки, займ (или заёмщик, для нас не принципиально) страхуется от невыплаты. Небольшая часть ежемесячных платежей идет в пользу страховой компании, и когда наступает страховой случай, кредит гасится за счёт средств страховой. Банк получает свои деньги и проценты (уплаченные до наступления страхового случая), страховая получает много маленьких регулярных взносов и свою прибыль, а заёмщик остается с покупкой и никому не должен. Все довольны. А вот если заёмщик у вас плохой, то есть платит нерегулярно, не в полном объёме или вообще не платит, то банк получает убыток и не может вернуть даже сам кредит, не говоря уже о процентах. Конечно, банк может получить в собственность дом, на который оформлена ипотека и продать его кому-то ещё, вернув себе свои деньги. Но, это во-первых, не банковская деятельность, во-вторых дом можно продавать долго, а это формально убытки в бухгалтерском отчете, и в-третьих, надо ещё найти покупателя с деньгами (или кредитом). Дело получается хлопотное, но если цены на дома растут, то можно и похлопотать, всё равно будет прибыль.

     А теперь мы подходим к самому главному. Кратко поясню, в чем суть проблемы приведшей к ипотечному кризису в США. Допустим, у вас есть несколько ипотечных кредитов разного качества. Зачем выдавать субпрайм кредит и брать на себя такие риски? Ответов может два. Первый – хорошие заемщики кончились, т.е. все "хорошие" заёмщики уже взяли кредит на дом и им не нужен ещё один. Но раз у банка нет заёмщиков, то нет и прибыли, а расходы есть всегда. Значит, нужно выдать заём не очень надежным заемщикам, им то тоже дом нужен, авось как-нибудь да расплатятся. То есть банк чуть-чуть снижает планку требований к заёмщикам, вероятность невыплат в этом сегменте заемщиков выше, поэтому проценты про кредиту и выплаты в страховую тоже выше. Но это проблема заёмщика (пока он платит, конечно), а не банка. Второй ответ: банк выдаст кредит субпрайм и через небольшое время продаст его кому-нибудь ещё. За это небольшое время он получит немного процентов, а продав кредит, избавится от рисков и вернет деньги. Краткосрочное кредитование получается. Красота, но кто же купит такой кредит? И тут на помощь банкам приходят производные инструменты или деривативы. Деривативы позволяют создать из нескольких разнокачественных кредитов некий агрегированный финансовый продукт, в котором риски по субпрайм кредитам нивелируются хорошими кредитами. Примерно тот же принцип, что в страховом бизнесе. Для простоты предположим, что у меня 9 хороших кредитов и 1 субпрайм. Как мне их продать? Я выпускаю некую ценную бумагу, назовем её условно облигацией и продаю на рынке. Облигация обеспечена кредитами (то есть это производный инструмент: дом -> кредит -> облигация) и по ней мной платятся проценты. В момент продажи облигации я как бы получаю назад свои деньги, выданные в кредит моим заёмщикам. До срока выкупа облигации я ничем не рискую (я должен столько же или меньше чем должны мне). Дальше, если мои кредиторы регулярно и исправно платят, то я из процентов по моему кредиту выплачиваю проценты по облигации держателям моей облигации. Параллельно мне возвращается мой кредит и в конце я имею сумму для выкупа этой облигации обратно. Обратите внимание, что я (банк) одновременно имею и выданный кредит (обязательства заёмщиков и их платежи), и деньги, которые я якобы выдал, (что компенсируется обязательством эти деньги вернуть держателю облигации). Деньги возникли практически из воздуха.

     Допустим, что мой проблемный заёмщик перестал платить по кредиту. Но так как % по облигации подобран (рассчитан) правильно, то совокупной выручки с оставшихся девяти хороших заемщиков достаточно чтобы погашать проценты по моей облигации. Мой доход упал, но я ничем не рискую, поэтому сильно не расстраиваюсь. Чтобы продать свою облигацию мне нужно сделать проценты по ней завлекательными для инвестора, то есть высокими. Но они не могут быть выше чем процент по кредиту, которым она обеспечена. А самые высокие проценты по субпрайм кредиту (чем выше риск, тем выше процент – страховка от невыплат). Высокие проценты по облигации это опять таки деньги из воздуха, и поэтому такие облигации пользуются спросом. Маховик раскручивается, и кредиты выдают уже всем кому не попадя, все риски переносятся с банков на страховую и заёмщиков. И так продолжается до тех пор, пока просрочки по платежам не достигают некой критической отметки и тогда весь карточный домик рушится. Когда у страховой кончаться деньги для оплаты страховых случаев, то банки перестанут получать свои деньги назад и не могут оплачивать проценты по облигациям (обслуживать свой долг по деривативам). Если они при этом не могут распродать недвижимость полученную в заклад по ипотеке, то возникает избыток предложения на рынке недвижимости и цены начинают снижаться, возникает обратная положительная связь – система идет в разнос.



    Страховой гигант AIG стоял в эпицентре финансового мира заваленного мусорными субстандартными активами запакованными в деривативы. Когда рейтинговые агентства Fitch, S&P и Moody's понизили кредитный рейтинг AIG 15 сентября 2008 г., они спровоцировали маржин-коллы на сумму в $85 млрд (Margin call - требование кредитора внести дополнительное обеспечение по кредиту). Полсон предупредил президента, что если AIG не сможет найти деньги, то фирма не только рухнет сама, но и  “потянет за собой крупные финансовые институты и международных инвесторов” В своих мемуарах Буш пишет, что Полсон убедил его [спасти AIG]. “Есть только один способ сохранить фирму на плаву”, - написал он. “Федеральному правительству придется вмешаться.

    Основные американские бенефициары спасения AIG из кризиса, по факту, это фирмы "союзников" Буша: Goldman Sachs ($12,9 млрд), Merrill Lynch ($6,8 млрд), Bank of America ($5,2 млрд), и Citigroup ($2,3 млрд). Lehman Brothers рухнул, а Merrill Lynch и AIG были спасены. (Злые языки поговаривают, что Lehman Brothers был утоплен Полсоном нарочно, чтобы избавиться от конкурента получить вкусные куски бизнеса - прим. mkarev). Банкирам теснейшим образом связанные с кланом Бушей (и Белым Домом в целом) было необходимо чтобы AIG выжила. И они добились этого. Но кровотечение на этом не закончилось.

    В сентябре 2008 года Буш посоветовавшись с Полсоном принял решение "спасать всех", так возникла план Полсона TARP – программа, разработанная Бернанке, Полсоном и Гайтнером, позже одобренная Президентом Бараком Обамой. Беспредел банкиров вышел боком реальному сектору американской экономики. В течение следующих нескольких месяцев, Bank of America, Citigroup, и AIG потребовали еще больше поддержки. И в том же году, промышленный индекс Dow Jones Industrial Average потерял почти половину своей стоимости (соотвественно стоимости акций компаний в него входящих – прим. mkarev). В разгар спасения $19.3 трлн (!) в виде субсидий были предоставлены чтобы сохранить американские банки, равно как и предприятия с государственным участием, такие как Fannie Mae and Freddie Mac (ипотечные корпорации США).

    После того как Джордж Буш-младший отправился обратно в Техас, американская экономика и рынки отправились в свободное падение. Которое, судя по отчетам и аналитике, в скором времени закончится крахом. Если не будут задействованы альтернативные методы.

    Но, вернемся в наше время, где Джеб Буш собирает деньги на свою предвыборную кампанию, а его друзья банкиры оказывают ему всяческую поддержку. Буши приходят и уходят, а эпоха банкиров продолжается. На Уолл-Стрит толпа начала сплачиваться вокруг Джеб задолго до того как его кандидатура была официально названа. В феврале 2015 титан частных инвестиций Генри Кравис (Henry Kravis) устроил одну из шести "встреч" (входной билет $100,000 за голову) на 25 гостей в честь Джеба. В марте у Джеба был первый Goldman Sachs-вский вечер со взносами по $5,000 с человека в отеле Ritz Carlton в Нью-Йорке, организованный Диной Пауэлл (Dina Powell) главой фонда Goldman Sachs Foundation. Более эксклюзивное мероприятие со взносом в $50 000 с человека было организовано Джимом Донованом из Goldman Sachs, главным сборщиком средств и консультантом кандидата Митта Ромни. Сейчас Донован делает тоже самое для Джеба Буша. Список финансистов с толстыми кошельками, стоящими за спиной Джеба длинный, а желание у всех одно. Кто бы не победил на выборах, он будет проводить политику, диктуемую его спонсорами. Причем здесь демократия?

"Всё куплю" - сказало злато...



?

Log in

No account? Create an account